|
09.10.2009 16:25
|
В 1983 году у нас первый « азиатский» поход - р. Уба на Алтае (Северный Казахстан). Поезд до Усть – Каменогорска, потом еще 80 км автобусом до берега реки. Нас 6 на один катамаран: я, Люда с Олегом, Саша с Олей Б. и Сергей З.
Выгрузились почти в центре с. Поперечное, до речки еще 2 километра. Вещички в кучу прямо у остановки, оставляем с ними Олега, а сами идем на разведку к реке – определить место лагеря. Через час возвращаемся и видим – Олег сидит высоко на куче вещей и тихо плачет. «Что случилось?» - спрашиваем, а он показывает – рядом бегает целая стая свиней. Домашние, пятнистые, поджарые и какие – то длинномордые, как хорты, а также собаки, гуси и телята. Оказывается, так местные их «выпасают», а они сбежались на запах харчей из наших рюкзаков и давай их атаковать. Олег от них отбивался, но потом, увидев нас, сильно расстроился. Ничего, успокоили, собрались и пошли вниз.
Речка быстрая, но появилось очень своеобразное «препятствие» - мохнатые гусеницы в палец толщиной на деревьях и кустах, стоящих с полностью объеденными листьями (даже ели и сосны без хвои). Как потом выяснилось, умники – лесоводы боролись с каким – то лесным заболеванием, опыляли леса с самолетов и при этом передохли все птицы – в результате сразу развелись гусеницы. Противная гадость – как только зацепаешь куст – падает на голову или на нее какают. В общем – очень малоприятно…
Ниже этих тварей стало меньше и мы подошли к Большим Убинским порогам. Это впечатляет: река сужается, мощный ток (весной тут пороги 5 к. с.), а по берегам протертые камешками в половодье вертикальные «чаши» в граните диаметром до метра и глубиной до полутора метров. Посредине реки с весны торчат боком два застрявших турплота и на одном из них даже пила «играет» на струе.
Пороги, хотя и с напряжением, мы успешно прошли и чуть пониже стали на стоянку рядом с какой – то металлической штуковиной цилиндрической формы. Думали, что это от самолетного двигателя (откуда?), а потом аборигены нам рассказали, что это направление – трасса падения отработанных ступеней ракет с Байконура. Чем там мы рядом надышались – неизвестно.
А однажды утром просыпаемся от громкого крика Саши Б. « Есть, есть!». Выползаем из палаток и видим – он со спиннингом бегает по берегу, а на крючке – хариус размером с крупную тюльку. Он не рыбак, а тут решил попробовать и вдруг получилось. Радости – полные штаны: у него от рыбки, а у нас – от его вида.
По описанию маршрута мы знали, что ниже расположена большая пасека и подготовили соответствующую «валюту» - спирт. И точно – справа на косогоре стоят 2 дома и много ульев, а на берегу сидит мужик и активно машет нам рукой. Подходим, а он еще издали кричит нам «Водка есть?», мы ему в ответ «А мед есть?». Взаимное понимание и чалимся.
Оказывается, на пасеке живут этот мужик с женой и их подруга. Первым делом, взяв нашу бутылку со спиртом, он позвал жену – эксперта для «снятия пробы». Она без закуси и не разводя, накатила грамм 100 спирта и дала «добро». Муж и сам приложился. Потом принес несколько рамок с сотами, вместе с Олегом на медогонке прокачали мед и дали его нам покушать. Это что – то особенное: запах растущих вокруг высоченных цветущих душистых трав, коричневый цвет, вкус – восхитительно терпкий. Выменяли мы этого меда достаточно много, разделили и еще несколько лет Люда использовала его как лекарство при простудах детей.
В этих же местах произошел и «звериный» случай. На стоянку мы стали на небольшом острове и Сергей З. пошел на рыбалку метров на 100 ниже по течению. Вечерело, мы поставили лагерь и вдруг слышим какой – то неестественный крик Сергея с берега. Я хватаю топор и бегу к нему, а он издали кричит мне: «Мед - ведь!». Слышу – рядом в кустах какой – то шум. Бегу назад в лагерь, а там народ мне показывает – на рядом расположенном склоне очень резво бежит вверх крупный медвежонок и скрывается за горой. Когда все собрались, выяснилось – недалеко от Сергея на берег реки прибежал медвежонок и стал лапами в воде ловить рыбу, не видя Сергея. Дабы и мы это увидели, Сергей и позвал нас громко. Медвежонок этого не понял, испугался и мимо лагеря через кусты рванул прочь.
Услышав этот шум, очень боящийся собак Саша Б. крикнул женщинам «Собаки, прячьтесь!» и с веслом наперевес побежал отбиваться. Женщины мигом затолкали Олега в палатку (ну конечно, «бронированная» защита) и окопались рядом. В это время на поляну выскочил испуганный медвежонок и увидев такую крутую оборону, сломя голову ретировался по крутому склону в тайгу. Ему повезло, но ночью все спали в полглаза и с ушами на макушке.
В этих же местах мы с Олегом поднялись на вершину высокой горки рядом с рекой и вдруг набежала гроза. Спустились пониже и спрятались от дождя в нише скалы. И тут в противоположный берег начали бить грозовые разряды почти в одно место (там, скорее всего, были выходы металлических руд). Молнии, оглушительный грохот – красиво, но страшновато, т.к. рядом. Была и «таежная баня» из п.-э. пленки с прыганием из нее в ледяную воду.
В лесу случайно рукой зацепился за растение, внешне похожее на нашу осоку. Ощущение – как ожог от крапивы, но такой «ожоговый» след оставался на руке более года. Потом в литературе читал, что это защитная реакция «реликтов».
Ночью холодно, рано утром Люда вышла по нужде недалеко от палатки. Потом глянула – рядом в травке отогревается небольшая змейка. Ретировалась жена, подозреваю, ползком, а потом по ее команде мы веслами эту животину отгоняли от лагеря, но она залезла на лапу небольшой елочки рядом и имела нас «в виду».
А по ходу спокойного сплава Саша Б. по заказу Олега распевал «босяцкие» песни (в его возрасте это так интересно и впитывается моментально). Мы с Людой никак не реагировали - что делать, сын взрослеет. |
|
|
