1974 год. Я, молодой специалист после университета, работаю инженером НИИ "Квант», занимаемся разработкой антенной спецтехники для ВМФ СССР. Живем с женой-студенткой и сыном 2 лет на съемной квартире. Зарплата 130 руб., родители помогают. Бабушка и тетя живут рядом и выручают постоянно: Люда учебу в институте не бросала - малыша покормит, бабушке подбросит и на лекции бежит - а там отсыпается. Мы молодые, любим друг друга, в малыше души не чаем - все нормально и надеемся на лучшее. Я уже полтора года в этом отделе, всех знаю и сблизился с Сергеем Гутниковым. Как-то в разговоре он восторженно рассказал о том, что у него есть надувная резиновая лодка и на ней он сплавлялся по речке. Меня это заинтересовало. Дело было весной и Сергей предложил в ближайшее время сплавиться по р.Тетерев. Буквально за неделю он подбил семью наших сотрудников на 2-дневный сплав от Житомира до Коростышева. У них была байдарка «Нептун» (по тем временам это было круто) и на 2 выходных дня жена отпустила меня на воду.
     Места там очень красивые, речка быстрая и новизна ощущений - это здорово. Так я получил в лодке Сергея первое водное крещение, а внутри поселилась бацилла - водный туризм (до чего интересная, живучая и увлекательная оказалась зараза). И хотя до этого меня к воде как-то и не тянуло, а здесь что-то внутри шевельнулось и захотелось продолжить. Через пару месяцев я на съекономленные гроши купил наше первое плавсредство- надувную лодку ЛГН- 2.
      С ранней весны 1975 года мы с Сергеем Г. активно обсуждали, куда пойдем на майские праздники, набирали команду.
Но в итоге собрались втроем (+ Люда) на двух надувных лодках на р. Уж в ее нижней части. Хотим выехать в предпраздничный день, но билетов на поезд нет. Приезжаем на вокзал и, бегая вдоль поезда «Киев-Рига», уговорили проводника общего вагона взять нас (езды - то всего пару - тройку часов).
      Но таких «уговорщиков» оказалось так много, что дальше тамбура мы в вагон не зашли и стояли там, плотно прижатые остальными безбилетниками. Но самое интересное началось тогда, когда поезд начал движение, а сердобольный проводник бежит рядом с вагоном, потому что и на подножке висят пассажиры. Слышим его истошный крик: «Срывай стопкран!», что радостно сделали и его подобрали.
     Когда приехали в г. Коростень, было уже темно, местные показали, куда идти к реке. Как только освещенные жилые дома остались в стороне, начались какие-то деревья, травка и мы решили остановиться, разбить палатку и переночевать. Так все и случилось, но рано утром, выглянув из палатки, обнаружили - стоим в городском парке почти на центральной аллее рядом с военным мемориалом и горсоветом (!?). Собирались и сматывались мы очень быстро, благо до речки было рукой подать. Далее очень извилистая и мелкая речка, часто спрямленная, как дренажная канава, но берега все в весенних фиалках, распускающиеся березы и кусты ивы, изумрудная травка. Лепота!
     Запомнился один перекус: стоим на укрытой цветущими фиалками полянке, яркое весеннее солнышко, а рядом - рощица молодых березок. Но березки - очень своеобразные: из- за ветров очень покрученные и растущие зигзагами во все стороны (в обычном лесу или парке такого не увидишь).
     Я очень переживал - понравится ли Люде эта «мокрая» жизнь и спартанские бытовые условия – ведь без ее одобрения этому хобби в дальнейшем был бы «гаплык». (Тому потом было не одно подтверждение: даже у опытных туристов сходила жена в первый поход, сказала - «фэ!» и на этом походы мужа тихо умирают под его стоны и сожаления). К счастью, ей понравилось и появился интерес и с годами больше, за что я ей очень благодарен (как и за все остальное).
    Хорошо, когда семейные досуговые интересы совпадают.
Где- то с конца 70-х годов нам удавалось зимой поехать на 7-9 дней покататься на горных лыжах в Карпаты, на майские праздники - сплав на ближних реках (Тетерев, Рось, Стрый, Черемош, Прут и др.), а летом - более серьезный месячный водный поход по дальним рекам Союза. Так, на Тетереве были раз 5-6, Стрый- 3 раза, Черемош - раз 7-8. Сейчас даже хронологию трудно восстановить, путаются разные походы.     
     Об остальных потом, сейчас о Тетереве – запомнились 2 похода. Год где-то 1979, апрель - вторая половина, выезжаем группой человек 10 с байдарками в с. Чуднов (Житомирская обл., связанное с боевыми действиями Б. Хмельницкого местечко). Выезжали в солнечный день, а приехали - дождь со снегом и температура чуть выше 0. Весна, однако… Переночевали, утром сборы под снегом и вперед. Уровень воды в реке высокий, течение быстрое - береговые деревья стоят в воде. Прошли буквально 5-6 км и видим - переднюю байдарку поджало к кустам возле берега. Мы с Людой начинаем уходить от столкновения, но неудачно и нас боком наваливает на дерево в воде. Гавкнуть не успели - переворот. Выпали из байдарки и - к берегу,  но глубоко и течение сильно сносит. Вытолкал Люду на берег, а сам - к байдарке и оттягиваю ее от деревьев. Это с трудом удалось, мокрый по самую макушку, минут 10 колупался в воде, но в итоге - байдарка и я на берегу (а это край пустого заснеженного колхозного поля). Смотрю на сидящую под кустом Люду и думаю: «Чего она так трясется и стучит зубами?!» Но через пару минут мой запал пропал и со мной в мокрой одежде случилось то же. Благо к этому времени остальные уже возле нас и начали разводить костер.
     Мы быстро распаковали сухие вещи и без стеснения, как в стриптизе, переоделись, но зубостучание и телодрожание остановить невозможно (даже разговаривать сложно; сразу вспоминаются военные полярные летчики).  Только когда нашли в рюкзаке спирт и выпили грамм по 50, подсели к костерку - как-то пришли в себя. Через полчаса перепаковали байдарку (оказалось, наш не привязанный фотоаппарат утонул - наука на будущее) и пошли дальше – а что делать? Это был мой первый настоящий оверкиль (всего их было 3).                
     Второй запомнившийся тетеревский поход – летом 81 г. мы вчетвером с детьми от Житомира до Коростышева. Сначала весь автобус потешался над  4 – летним Саней. Он во время сборов дома разрисовал разноцветными фломастерами себе всю физиономию, а отмыть это не удалось. Доехали, переночевали, собрались и пошли. Вокруг красота, теплынь, зелень, птички поют и т.п., но через пару часов Сане сидеть в узкой байдарке стало скучно, начал капризничать. Олег на правах старшего брата его «шпыняет», т.к. мы с мамой машем веслами. Через какое – то время он затих, смотрим - а он нашел в рюкзаке свежий огурец, откусил его, свалился внутрь байдарки под деку и сладко спит, зажав огурец в руке. Благо - рядом была хорошая полянка на берегу, мы остановились на стоянку и положили его  на берегу, а сами разгружаем байдарку. Минут через 10 слышим - он горько и безутешно плачет. Мы к нему - а его сонного обсели комары и заедают. И только когда запихнули его в палатку с антикомариным пологом, он успокоился, а у нас сердца перестали кровью обливаться.
     Но зато с утра рядом с палаткой - залив речки - мелкий теплый «лягушатник», в котором   Олег с Саней, как поросята, отвели душу. Когда уезжали из Коростышева, Люда побежала с мальчиками ловить автобус, а я перетаскивал вещи на дорогу. Когда автобус с ними подъезжал, Саня внутри громко кричал «Папу забыли! », потешая народ. После Чернобыля мы на Тетерев уже не ходили…
      В другой раз возле скал ниже с. В. Печь я умудрился в узости порога грудью сломать дюралевое весло. То ли грудь тогда была такая, то ли весла так делали…
       Запомнилась и острая (?!) кухонная дискуссия между Наташей Л. и Надей К. о том, класть ли в борщ консервированную заправку. В итоге после шума - все ели с заправкой. Кроме Наташи. Такое редко, но бывает – я вот тоже не пью какао и тихо заменяю его в походе индивидуально чем- то другим.
       Следуя хронологии, следующим был 1976 год и идея похода возникла благодаря СМИ: мы с Сергеем Г. в соседнем отделе в стенгазете увидели интересные фотографии с текстом о водном походе и подписью «Александр Р.». Быстренько его нашли и на волне взаимопонимания договорились о том, что за зиму ищем по литературе интересную речку. Так и получилось - на лето мы идем на р. Кереть в Северной Карелии. По тем временам  еще был поезд «Киев- Мурманск» и за полтора суток мы доехали до г. Лоухи. Прямо на станции стоит грузовик , который горсовет направлял для доставки туристов на воду по тарифу . Радуемся – фирма « Рад1сть»! Но, увы, выход на р. Кереть из – за нерестилищ красной рыбы закрыт. Уговоры и просьбы не помогли и мы вынужденно идем на оз. Кереть для дальнейшого сплава по р. Воньга. Одно из самых больших и красивейших озер Карелии с массой островов. У всех - Сергей Г., Саша Р., Юра П., Лена, нас двое - опыта мало, а это нормальная по сложности двойка, но мы все - лихо вперед!
      Речка типично карельская: озера - между ними река с хорошим течением, порогами и перекатами - вокруг полная глухомань. И на нас обрушилась экзотика: солнце почти не садится (часа полтора ночью только сумерки), рыба ловится везде. Люда удочку забрасывала плохо, поэтому в байдарке наматывала леску на палец и опускала за борт - рыба-дура клевала и на пустой крючок. Апофеоз рыбалки - это жареная рыба на столе, уложенная на 2 лопасти весла (другой более емкой посуды не было). Красивейшая природа - при тихой погоде небо отражается в озере один к одному - не поймешь, где верх, где низ (точно как  поет Э.Пьеха в песне).
      Был и 4- километровый волок байдарок через водораздел и болота (с ночевкой на возвышенности среди корабельных сосен 30- метровой высоты, спуск байдарок на руках по ручью шириной 1 м., чернично- голубичное изобилие вокруг).  Конечно, это впечатляет!
      На волоке немного приблудили и вышли на большое болото (их там тьма). Тут впервые ощутили, как обманчив их вид: поверхность покрыта травой и смотрится достаточно твердой. Но как только на нее ступаешь - сразу вся качается, как водяной матрац и понимаешь, что проваливаться не стоит, да еще и «окна», в которых булькает метаном болотное  нутро. Только «лешего с водяным» и не хватает!              
      Но был и малоприятный «экстрим» - комары. Их было в том году так много,
что, налив в миску суп , через 2 минуты на его поверхности видишь их сантиметровый слой . Боролись с этим так: с наполненными мисками в байдарке выплывали на воду ( там их значительно меньше), а потом плюнули на это и начали есть все с этими «натуральными добавками» и очень даже ничего.
      На этой речке мы прошли первые нормальные пороги (Вяккер, Горбатый, Ассу и др.), ощутили мощь пороговой воды и успешно с ней справились. Когда Сергей Г. прошел  «Вяккер», то на выходе, где мы его страховали, глаза его были как блюдца. Мы поняли, что можем проходить пороги, но с изучением и уважением к ним.
      На речке мы были не одни и у меня появилось мнение о московских водниках (наверняка не всех), как бестолковых и нахрапистых, что в дальнейшем не раз подтверждалось. Параллельно с нами шла такая группа, которая без осмотра  перлась в пороги (разрывая байдарки на полдлины), садясь на камни и коряги и т.п. Но апогеем был конец похода под ж.-д. мостом около станции «Воньга»: они перед нами, не глядя, пролетели в порог «Ассу». Проходя его дальше, видим - по реке плывут их вещи, которые мы и подобрали к берегу.
      Под мостом на берегу лежит разорванная байдарка и московские «асы» раскладывают промокшие вещи. Чалимся, отдаем их потери и видим чудную картину: вокруг лежат прижатые веслами промокшие деньги и документы. Оказалось, это даже в п.-э. пакеты не паковалось. Ну, ухари!
      Касательно сказанного -  небольшое отступление с учетом опыта многих последующих походов. Тут же, на Воньге, Люда от излишней храбрости или от « бзыка» перед порогом отказывалась одеть спасжилет - пришлось заставить это сделать чуть ли не силой. Потом, после переворота на Тетереве, она без спасжилета так бурно гребла руками и ногами, хватаясь за все подряд. ( Жить, однако, хочется !).
      На более - менее серьезной речке спасжилет необходим.
Там же мы проходили под низким мостиком, не очень внимательно осмотрев выход из - под него и чуть не оторвали себе головы - мост на выходе был заметно ниже к воде, чем на входе. Наклонялись, отклонялись сколько могли - и с трудом прошли.  «Тщательней надо, ребята! ».
      Вскоре увидели, как байдарку из другой группы лихо и быстро затягивает под завал боком - тут же потоком воды ее ставит декой на поток, моментально заливает и притапливает. С трудом и нашей помощью ее удалось сдвинуть в сторону. В дальнейшем не раз убеждался: байдарка всегда поворачивается декой на поток и  его давление не позволяет перевернуть ее на ровный киль. Можно только сдвинуть в сторону (а там поток подхватит), а в худшем случае - даже резать шкуру посудины (бывало и такое).
      При посадке на камень задней частью байдарки вполне можно оттолкнуться и сползти, а вот если передком – тут важна быстрая реакция капитана: удержать корму по курсу и попытаться отгрести или оттолкнуться, если не удается - «кости за борт!», удержать руками и направить куда надо.
Если успел сесть на свое место - хорошо, если это не получилось - отправляй байдарку с матросом вперед, а сам (с веслом) отдыхай на камнях в потоке (друзья снимут или как- то сам доберешься к берегу). Со мной такое было не раз и успешно.
      Очень важный момент - прохождение на байдарках больших озер, особенно Карелия и Урал –  («соры» по- местному - мелкие и широкие), ветер нагоняет на них высокую волну и от берега далеко отходить не надо. Как- то в Карелии при хорошей погоде решили «срезать угол» через озеро и вдруг налетел резкий ветер и сильный дождь. Волна - около метра и надо держаться строго по ветру. Остальные байдарки разнесло по озеру. К берегу не уйдешь - перевернет, поэтому только  удержать посудину на курсе. Хорошо, стихия гуляла не долго, но страху на нас нагнала (а если бы в байдарке были дети?).
Такие случаи там, к сожалению, нередки и тому подтверждение мы видели на местных кладбищах и в рассказах местных жителей.
      Из карельских впечатлений (и в последующие годы) - обилие в местных магазинах импортных (чаще финских) промтоваров, и не под прилавком, а на виду. Наши женщины комментируют: «Ну да, в кожаном пальто в коровник не пойдешь!» - и давай атаковать продавца. Но «ларчик просто открывался» - это можно купить, но надо сдать определенное количество ягод или грибов. Так что - от ворот поворот.
На период сенокоса там райсоветы запрещают продажу спиртного  и мужики с ошалевшими и голодными глазами рыскают в поисках, а туристы для них - просто спасение (за эту валюту там решается все), а нам это на руку.           

       Возвращаясь  к хронологии - после похода масса впечатлений, фотографий и планов. Но, общаясь с туристическим народом, поняли, что на серьезные маршруты без оформления не пойдешь. Надо иметь маршрутную книжку от турклуба (при наличии соответствуещей подготовки членов группы), на реке могла проверить и допустить к походу местная КСС.

     Кстати, эти совковые порядки были очень правильными - сколько несчастных случаев из - за несоблюдения этого было тогда, а особенно после  перестройки.

     Поэтому я, «используя служебное положение» - секретарь комитета комсомола НИИ «Квант» - напряг наш профсоюз оплатить несколько путевок в школу СТП Киевского гортурклуба. Зимой читали теорию, а на майские праздники - зачетный поход по р. Ю. Буг. В школе я познакомился с Володей К. и Колей Б. (с последним мы ходили в одном экипаже много раз и очень хорошо понимали друг друга).

      И вот зачетный поход: 17 малознакомых людей, 9 байдарок - в одной из них семья с молодым догом, который при шуме воды в пороге выпрыгивал в воду и его вылавливали всей группой. Речка широкая, мощная. В сужениях - пороги и перекаты и достаточно серьезные. В пороге «Интеграл» байдарка Миши М. вошла в первый поворот «Красных ворот» и что-то долго из него не выходила. Наконец- то появляется, но кормой вперед и свернутым набекрень носом (оказалось - врезались носом в скалу), но прошли. Ниже, на пороге «Гард» (самый сложный на Украине порог 5 к. с.), байдарку Коли М. перевернуло и в вертикальном положении в сливной яме порога держало секунд 30- 40, Колю с квадратными глазами на спасконце мы вытащили быстрее, байдарку же ниже придавило боком к «троллейбусу». Потом, оттаскивая ее всей группой на капроновой веревке в палец толщиной, мы эту веревку умудрились порвать (мощь воды или группы ?). Поход  завершили успешно, единственным прошедшим его без дыр в байдарке (хвастаюсь!) был наш с Сашей Р. экипаж; потом получили документ и стали «среднеквалифицированными» туристами.  

      Из житейского там запомнилось, как мы с Сашей Р. готовили  еду на всю группу (дежурили по экипажам). Встав рано утром, выяснили - с кулинарией у нас сложно -  решили делать кашу. И получилась у нас один к одному литературная «Мишкина каша»- через десять минут кипения она начала вылезать из котла - мы ее отбираем, а она все лезет и лезет. Спас ситуацию молодой дог, при спящем еще лагере выползший по нужде из палатки. Завлекая кусочками колбасы и личными танцами, мы заманили его под куст. Сюда мы выбрасывали вылезшую кашу и он  ее с удовольствием  (или от бестолковости) съел. А дабы народ не понял, что каша в котле пригорела (а как же было ее в той ситуации промешать?!), мы ее  густо приправили острым томатным соусом. Прошло, как песня, но с  тех пор я внутренне вздрагиваю от мысли о самостоятельной готовке еды.

      На Ю. Буге через несколько лет у меня случился и второй переворот на байдарке. На М.Мигейских порогах мы уверенно и нахально - небрежно шли с Колей Б. в одном экипаже, но глазом не успели моргнуть, как наскочили на полузатопленный «бегемот» (хорошо, в конце порога). Рядом с байдаркой прибились к берегу, сказали друг другу « фэ» и пошли сушиться. Кстати, на этом же месте через пару лет осенью у Коли взорвался турпримус и загорелась его борода. Голову – в воду и спасся, хотя и немного обгорел. И так было…

     А еще через пару лет я на этой же реке ощутил родительскую гордость. С нами был Олег - ему было лет 11- 12, а с Колей Б.- его сын Паша, старше на 2 года. В г. Первомайске была старая мельничная плотина с пологим сливом где- то 2 м высоты, достаточно глубокая и без явных камней. Наши сыновья начали проситься пройти этот слив самостоятельно, а мы с Колей долго сомневались, но потом дали им «добро». Сделали все для страховки, они сиганули (правильно!) в этот слив, байдарка притонула, вода выше их голов (у нас на берегу сердца ниже пяток), вынырнули с криком « Ура!» и под ликование зрителей пристали к берегу. Было очень приятно понять, что сын успешно осваивает воду и что- то уже может и сам.
      Через пару лет в очередном походе по Ю.Бугу со мной Олег прошел все основные пороги – уже умело и правильно. А ночью попали в «око» циклона – вечером сильный ветер с дождем, соответственно поставили палатки, ночью на час все затихло, а потом очень сильный ветер с другой стороны – почти все палатки сорвало – вместо сна держали их от улетания.